Братья и сестры болезнь любви - Страница: 1

Конечно, я имею в виду

Братья и сестры болезнь любви - А. А. Давыдова

Муравьям тоже приходится несладко.

Если мы хотим предотвратить повсеместное уничтожение одного из самых трудолюбивых на­секомых нашей планеты, следует победить мол­чание, гнев и бутерброды и найти общий язык.

Конечно, я имею в виду общий язык с разо­зленными, изолированными мальчиками. Обще­ние с муравьями представляется бессмысленным, поскольку им, вероятно, просто нечего сказать.

Они ведь всего-навсего муравьи».

Неплохо, да?

Читая это, я даже начал испытывать некоторое волнение за своих сыновей. Конечно, абзацы о муравьях нужно слегка подправить, но, имея в за­пасе достаточно времени и место для нескольких тысяч слов, я бы это сделал. Проблема в том, что у меня нет такого желания. Видите ли, я мало верю в тот мрак и ужас, который в разных статьях сгу­щают вокруг мальчиков. Все твердят, что дела плохи, цитируют исследования неврологов, пси­хологов и приводят самые разные тревожащие «факты». Нам рассказывают о кризисе образова­ния мальчиков, о кризисе их эмоциональной жизни, о кризисе мужских ролевых моделей, о кризисе агрессии, о наркотиках и алкоголе, а больше всего — о кризисе, связанном с уничтоже­нием муравьев.

Судя по всему, мальчики находятся в глобаль­ном кризисе. Однако они не слишком этим оза­бочены. Их гораздо больше интересуют динозав­ры, девочки, экзамены и поиск работы, в зависи­мости от того, сколько им лет. Несмотря на довольно пугаюшую статистику, к которой мы обратимся чуть позже, она касается далеко не всех мальчиков.

Определенный вес моим словам придает и то, что я сам когда-то был мальчиком, и даже очень маленьким. Когда я говорю «был», это не значит, что недавно мне пришлось сделать серьезный жизненный выбор и сменить пол. Я имею в виду лишь то, что прошел все этапы взросления маль­чишки, не испытав при этом никаких особых кризисов. Один из тех, что мне довелось пере­жить, был связан с тем, что у соседа был невероят­но крутой Бионикл (я знал, что это просто кукла, но мы называли его «героем»), а у меня ничего та­кого не было. Я очень хотел собственного пла­стикового Стива Остина1 и почти год изводился мыслью о нем. Не считая этого, остальное виде­лось мне не таким уж кризисным.