Пока не существовало УЗИ и

01/03/2013

Более благодатной почвы, на которой бы рож­дались навязчивые идеи и представления, чем се­мейное прошлое, не найти. Так, едва будущая мать

узнает, что у нее будет девочка, она начинает боять­ся — или надеяться, — что та будет похожа на ее сестру. Будущий же отец начинает представлять себе, прямо с того момента, как узнал о зачатии, те радо­сти, которые может сулить общение с братом или сестрой, при том что сам он — единственный ребе­нок в семье и никогда ничего подобного не пережи­вал. Он чувствует себя и отцом, и братом своего ре­бенка одновременно.

Есть воспоминания, которые таят в себе тревогу: например, смерть брата, инвалидность сестры или развод родителей, который братья и сестры пережи­вали каждый по-своему. Есть и другие обстоятель­ства, которые могут повлиять на решение иметь вто­рого ребенка. Сможет ли он, например, заменить умершего ребенка? Не должно ли его появление на свет стереть навсегда воспоминание об аборте? Или он поможет смягчить боль, причиненную рождением ребенка-инвалида? И в конце концов, не зачат ли этот ребенок в надежде сохранить разваливающую­ся семью? Не станет ли он фактической причиной расставания или, наоборот, — сделается козырной картой в игре?

Если первый ребенок с рождения является носи­телем семейного наследия, то второму достается и часть общего багажа, и свой собственный наслед­ственный груз, причем иногда с очень непростым содержанием.

Они меня надули!

Теперь «сложности» у старшего ребенка начина­ются все раньше и раньше. Пока не существовало УЗИ и сексуального воспитания, он мог лишь по едва заметным признакам догадываться, что в семье что-то происходит. Он замечал, например, что маму по утрам тошнит, что отец стал чаще бывать дома Психологическое... МоеСлово.ру